Зафиксирован первый вынос опасной слизи из Мраморного моря в Эгейское

Технологии

СЕВАСТОПОЛЬ, 14 июня. /ТАСС/. Опасная слизь, угрожающая экосистеме, выносится течением из Мраморного моря в Эгейское, сейчас пятно вытянулось примерно на 150 км. За все годы наблюдений это замечено впервые, сообщили ТАСС в Морском гидрофизическом институте (МГИ) РАН (Севастополь).

Ранее турецкие СМИ сообщали, что в Мраморном море распространилась морская слизь — субстанция, появившаяся из-за жизнедеятельности фитопланктона. Толстый слой слизи содержит множество микроорганизмов.

"Сейчас течение выносит эти "морские сопли", как их уже прозвали, через Дарданеллы в Эгейское море. Мы наблюдали за Мраморным морем в рамках другого исследования, сейчас смогли поднять спутниковые снимки с 2010 года и понимаем, что такое происходит впервые. Вынос идет на 150 км, ориентировочно, в направлении острова Тасос", — рассказала ТАСС ученый МГИ РАН Алеся Медведева, отметив, что попадающая в Эгейское море субстанция менее плотная, чем в Мраморном море.

Заведующий отделом дистанционных методов исследований МГИ Сергей Станичный пояснил, что пока науке не до конца ясно, откуда появляется морская слизь и как можно противодействовать ее распространению. Однако уже доказано, что она наносит серьезный вред экосистеме моря.

"Это некий продукт жизнедеятельности фитопланктона — он выделяет какие-то такие субстанции, которые становятся коллоидными, на них накапливаются бактерии, вирусы и так далее. Первые материалы по ее влиянию на окружающую среду коллегами уже опубликованы: из-за заключенных в нее пузырьков воздуха слизь держится на поверхности воды и затеняет нижележащие слои — как следствие, начинает гибнуть весь иной фитопланктон, а от этого нарушается вся пищевая цепочка экосистемы. Слизь покрывает перья водоплавающих птиц, наподобие нефтяной пленки, забивает жабры рыб. Если субстанция опускается на дно, она "душит" организмы бентоса", — отметил Станичный.

Маскировка под цианобактерии

Специалисты МГИ рассказали, что наблюдают за формированием слоев морской слизи уже несколько лет. Однако специфика спутникового мониторинга такова, что без выезда на место не всегда можно точно идентифицировать полученные данные. Так получилось и в этом случае: несколько лет севастопольские специалисты считали, что это колонии обычных цианобактерий — сине-зеленых водорослей.

"Занимаясь Мраморным морем, я время от времени обнаруживала некие желтые полосы на спутниковых снимках — этот цвет при дистанционном мониторинге совсем немного отличается от того, который дают при цветении цианобактерии. Сейчас, естественно, мы уже провели анализ спектров восходящего излучения и понимаем, какие нюансы на снимках отличают "слизь". Судя по научным базам, вопрос "морской слизи" активно не рассматривался, пока не случилась экстремальная ситуация в этом году", — отметила Медведева.

По ее словам, согласно мониторингу последних лет, ситуация этого года — самая тяжелая: покрыты десятки квадратных километров. До 2015 года слизь почти не фиксировалась. Потом ее стало больше, но обычно слой формировался весной в глубине моря, и лишь небольшая его часть выходила на поверхность, в итоге процесс сам собой сходил на нет за два-три месяца. При сильном ветре и волнении моря на поверхность поднималась меньшая доля слизи, чем в более спокойное время.

Важным результатом наблюдений, отметила она, стала связь нового явления с температурными тенденциями. Спутниковый мониторинг позволяет получить высокоточные данные о нагревании воды, и он показал, что сейчас вода рядом со скоплением слизи нагревается где-то на 4 градуса больше, чем в остальном море, а при особенно большой концентрации — почти на 5 градусов. Это вредит всем прочим обитателям. При этом с 1980-х годов средняя температура Мраморного моря выросла почти на 2 градуса.

"Нефтяная" теория

Причина появления слизи и роста ее количества, отмечают специалисты МГИ, до конца не ясна. Они выдвигают гипотезу, что это может быть спровоцировано избытком углеводородов: ведь на северо-западе Мраморного моря бьют грязевые вулканы, и выбросы иногда по размерам сравнимы с промышленными нефтяными разливами.

"Мы просмотрели, естественно, что говорилось о подобных явлениях в мире. После аварии на скважине British Petroleum в Мексиканском заливе отмечалось появление похожей субстанции. Возможно, это какая-то реакция фитопланктона в стрессовой ситуации — это одна из возможных гипотез. Нужно также учитывать климатические изменения (две последние зимы были аномально теплыми) и возрастающую антропогенную нагрузку, связанную с увеличением поступления сточных вод. В любом случае, думаю, это новый экологический вызов. Возможно, нам придется искать способ, как оградить природу от этого явления, возможно — справятся процессы саморегуляции экосистем", — считает Станичный.

Источник: tass.ru

Оцените статью
Экономика и политика на EconomPolit.ru